Сара Мэйсон - Обман, или Охота на мачо

— Опять то же самое, — негодующе говорю я и разворачиваю перед ним газету.

— Они упоминают имя подозреваемого? Если да, мы подадим в суд…

— Не знаю, еще не успела прочитать.

Угрюмо смотрю в окно, а он, молча перелистнув страницы, находит статью и начинает читать.

— Нет, не упоминают. Это хорошо.

Джеймс возвращает мне газету, заводит мотор, и мы уезжаем.

— Что-нибудь можно сделать?

— Пусть разбирается отдел компьютерных технологий.

Я и детектив Сэбин, соратники в борьбе против преступности, едем допросить кого-то по делу об ограблении Себастьяна Форкуар-Уайта. Представитель мужской половины великолепного дуэта выглядит не слишком взволнованным. Его привычное выражение лица теперь дополняется раздражающим постукиванием пальцами по рулю во время остановки перед светофором.

Я достаю блокнот из сумки. Ну что ж, к делу. Детали.

— Как бы вы охарактеризовали ваши отношения с сотрудниками отдела?

— Нормальные.

— Соревнуетесь ли вы? Ну, например, кто совершит больше арестов за месяц.

— Нет.

Хорошенькое дельце.

— Есть ли у вас «счастливые» носки, которые вы надеваете перед выездом, или что-нибудь в этом роде?

— Боюсь, что нет.

— У вашего пистолета есть имя?

Наконец он поворачивается ко мне.

— Мисс Колшеннон, — терпеливо произносит он, а я с надеждой приподнимаю брови. — Если бы у меня появился пистолет, вы бы об этом тотчас узнали.

— Каким образом?

— А таким, что я сразу же пристрелил бы вас. Пожалуйста, прекратите задавать нелепые вопросы.

— Кого нам предстоит допрашивать? — спрашиваю я.

— Одного из работников в доме Себастьяна Форкуар-Уайта. Хочу проверить его показания.

— Вам что-то не понравилось?

— Нет, но грабитель как-то связан с этим домом, слишком уж хорошо преступник знал план здания.

— Может, ему просто повезло.

— Может быть. Вон там лежит список украденных вещей. Если хотите, можете посмотреть.

Кивком головы он указывает на желто-коричневую папку. Я беру ее, открываю и вынимаю верхний листок.

Абсолютная абракадабра.

Уверена, что на свете найдется немного людей, способных разобраться в этих записях. Там полно наименований типа «Часы из темного дерева, 780» или «Ваза из севрского фарфора, 815». С минуту я, нахмурившись, смотрю на список.

— Откуда вы знаете, что Себастьян Форкуар такой-то не проворачивает аферу со страховкой? А может быть, он сам создал видимость ограбления. Прихватил несколько безделушек, отнес их в подвал собственного дома, а потом преспокойно сел читать журнал «Антиквариат сегодня». Мне кажется, есть все основания для подобных подозрений.

Он криво улыбается.

— Я думал об этом, — соглашается детектив Сэбин. — Потому что, несмотря на отсутствие доказательств пребывания преступника в доме, я знаю, что он там был.

Я несколько раз прокручиваю эту фразу в голове, стараясь уловить ее смысл.

— Что вы имеете в виду?

— Тот, кто решается на аферу со страховкой, как правило, переусердствует, инсценируя ограбление. Вместо взломанного маленького окошка в кладовой вы находите буквально тонны битого стекла, пустые шкафы, несколько фальшивых следов и записку со словами «Мы обчистили это место, простите. С любовью, грабители». Хозяева дома в таких случаях говорят: «Да, офицер, мы проснулись ночью от звона битого стекла и, когда спустились вниз, увидели две фигуры, бегущие по газону». А мистер Форкуар сказал совсем другое: «Никто меня не беспокоил, я спал крепко, как никогда».

Я молчу, обдумывая сказанное.

— Кроме того, — добавляет он, — я проверял все, что касается страховки. Нет, мистер Форкуар не мошенник.

— По-моему, украдены очень дорогие вещи.

— Общая стоимость украденных вещей — около семидесяти тысяч фун�