Ольга Резниченко - Испытание
Немного помолчал. Тяжелый вдох.
— Думай, как хочешь, но больше не вмешивайся и не баламуть Мигеля. Прошу…
Резко встал и направился к лифту.
Даже прощального косого…
Не сдержалась от смеха…
В последний момент, впрыгивая в кабину, все же повернулся и игриво подмигнул.
— Э,э, э… — вдруг послышалось где-то сбоку.
Лили…
— Это Матуа был? Или мне показалось?
— Матуа.
— Ублюдок. Чего он приперся? Мальчик только стал в себя приходить. Словно игрушка: хочу прихожу — хочу нет.
— Он просто не мог…
— А ты откуда знаешь?
— Сказал…
— Хм, не знаю, не знаю…
* * *Ох, почему, почему? То ли чтобы окончательно додушить Луи, то ли, просто, чтобы еще раз его увидеть, я явилась к Мигелю в палату.
— Мария?
— Луи…
— Так, стоп, барышня. Если Вы пришли меня убеждать в том, чтобы я поменял, пересмотрел свое решение, то и не надейтесь. Не пытайтесь, это всегда глухой номер. Я еще в здравом смысле. И принимать решения могу сам.
— Матуа, по-твоему, я не смогу быть ему достойным опекуном? Не смогу воспитать? — тут же бросилась в атаку.
— Я тоже хочу к ней, — едва слышно пробормотал Мигель.
— Я считаю, что ты, Мария, будешь отличной матерью. Но не в этом случае… Нет. И еще раз НЕТ. Эмоции эмоциями, а принимать важные решения следует согласно предписаниям холодной логики и трезвого рассудка.
— Ты не прав.
— До сего дня я отличался тем, что был всегда прав в своих решениях.
— Ну, ну. А вчера напиться и прийти ко мне в таком состоянии — это тоже правильное решение?
— Девочка моя, не смешивай всё до кучи, — нервно фыркнул и прошелся к двери.
Злобно ухватился за ручку. Замер на мгновение.
— Решение принято. И до тех пор, пока я отвечаю за вас обоих, вы будете слушать меня.
Короткое движение — и двери захлопнулись за ним, скрыв от наших взоров черствого, бездушного судью…
Вот напыщенный павлин! Ишь, как заговорил! Всезнающий оракул, который никогда не ошибаться.
Лихорадочно задергалась в своем кресле, выкатившись из палаты, спеша за этим умником.
Гавнюк!
Но в коридоре и след простыл.
У лифта тоже пусто.
Нервно стукнула кулаком по кнопке.
Нет, я такого не понимаю. Сколько бы ему не было лет, каким существом не являлся, какие посты, чины не занимал, быть настолько самоуверенным и жестким — просто глупо! Глупее, чем сопли пускать в свой стакан! Простите за сравнение. Я, просто, в шоке.
Гневно дернула колеса, проскакивая края кабины лифта, дырки в шахту.
Едва не перевернулась, мать его за ногу, это глупое кресло!
Силой вдавила кнопку первого этажа. Авось, еще догоню! Авось, попытаюсь еще слово вставить…
…
Или просто увидеть на прощание…
Но не успел лифт закрыться, как чья-то рука нырнула в проем, останавливая двери.
Короткое, быстро движение — и Луи уже стоял внутри, а за ним лениво захлопнулись створки.
— Мату, ты — идиот! — злобно прорычала и надула губы.
— Мне все равно, — мило улыбнулся.
Вдруг наглый рывок, наглое нажатие на кнопку "Стоп". Лифт дрогнул и тут же застыл.
Замерла.
Приблизился, присел на корточки рядом со мной. Взял за руки.
— Пожалуйста, милая моя, не спорь со мной.
— Но ты неправ! — обижено запищала я.
— Пусть, пусть неправ, но, молю, не спорь, — устало склонил голову мне на колени. — Лучше скажи, как ты себя чувствуешь?
Немного помолчала, пережевав свою злость…
— Ноги иногда болят, кости крутит, а так по-прежнему.
— Странно.
— Что?
— Давно уже должна была пойти быстрая реакция.
— Что это значит? — нервно сглотнула. Вот только мне таких фраз не хватало!
— То, что если сейчас затишье, то все может резко выплеснуться. Взорваться. И тогда будет немного больно…
— Ясно…
Вдруг лифт предательски дрогнул.
Поехали…
Нехотя оторвался.
Глаза в глаза. Застыл, застыл на мгновение, а затем вдруг резко приблизился…
Сладкий, робкий поцелуй в губы.
— Люблю тебя…
Тут же отстранился, выровнялся, сделав вид, что меня и вовсе не знает…
А я, а я все еще сидела в своем, бессознательно-сладком дурмане…
Двери раскрылись — Матуа выскочил наружу и спешно пошел на выход
Я, лишь спустя минуту, наконец-то проглотив, поборов наваждение чувств, попыталась выкатиться наружу.
Несмело проехалась к стеклянным дверям…
Отыскала взглядом…
Сидел уже в своем автомобиле, припаркованном на обочина как раз напротив выхода.
Уложил руки на руль, а сверху — умостился подбородочком…
Заметил…
Улыбнулся…
Двадцать, тридцать метров расстояния…
Шум, гам, чужие судьбы между нами…
Время, место, события…
… что только не пытается нас разделить.
Но все равно! Все равно вместе! ВМЕСТЕ! Хоть… и не рядом…
Уже, УЖЕ скучаю…
Уже, еще даже не выпустив из виду…
Люблю…
Люблю!
ЛЮБЛЮ!
— Ах, вот ты где! — послышался голос Лили, — Дорогуша, ты опаздываешь на прием к врачу.
— Прости, — отдернулась взглядом от Луи, повернулась. Пристыжено улыбнулась.
— Ой, подруга, а на что ты там всматривалась?
И издевательски выглянула на улицу, ища "зацепки".
Я испуганно обернулась.
Но нет, нет…
Его автомобиля уже не было. Не было моего Матуа.
— Так, смотрела, что там… в жизни мирской творится…. - глупо соврала я.
Глава Тридцатая
(Луи)
— Здравствуй, Батист.
— Добрый вечер. Неожиданный, скажу Вам, визит.
Короткая, фальшивая улыбка навстречу.
— Я по делу.
— Ни капли не сомневался, мой старый друг. Ар де Ивуар не ходит по гостям без весомой на то причины.
— Ты сегодня должен лететь в Италию. Появились некоторые материалы по Личару. Да и Виттории сейчас нужен.
— Я… не могу.
Сегодня, сегодня… Завтра мне нужно быть у моей Марии. Какая еще Италия?!
Короткое надменное движение головой. Неспешно прошелся вглубь комнаты.
Резкий разворот.
— Я ослышался?
Немного замялся. Но ответ очевиден…
— Нет. Я готов вылететь послезавтра ночью.
Затяжное молчание. С вызовом уставился в глаза.
