Прощай родной мир (СИ) - "TVR"

Потрёпанный вечностью: Прощай родной мир

Глава 1. Да вздрогнет мир!

Множество людей проходят в аэропорту огромным потоком. Прилетают или готовятся лететь, встречают знакомых и родных или наоборот провожают их в путь. Сколько историй начиналось и заканчивалось здесь? Долгое расставание пар, не выдержавших испытание временем, или долгожданные встречи, соединяющие влюблённые сердца, спустя годы разлуки. А чего стоят случайные встречи, которые положили начало чему-то большему под таким желанным названием любовь? Невероятно интересное место!

Только вот, знаете ли вы, сколько проблем обычно может возникнуть при работе аэропорта? Ошибки серверов, неработающее оборудование, внезапная выявленная поломка самолёта или его профилактическая диагностика, а если у кого-то имеющего не последнюю управляющую должность случится неожиданность под названием понос из-за просроченных продуктов? Насколько один из этих факторов может отсрочить посадку на рейс? А если перенос рейса происходит не в первый раз? И даже не во второй? А если это уже седьмой раз, когда родители меня пытаются посадить на самолёт? Счастливое число, хех.

Вот и получается, что я в седьмой раз стою рядом с мамой и папой, которые вызвались обязательно попрощаться со мной и «дать пинок в правильное направление жизни». Это прямые слова моей матери, когда я хотел их от этого отговорить. Все слова были сказаны в третий раз, а слёзы выплаканы в пятый. Нет, конечно, они могли литься и в этот раз, но мама отважно держалась. Скажу больше, даже отец не смог сдержать скупую мужскую слезу, но быстро стёр её, а мы единогласно приняли решение сделать вид, что этого не заметили.

Знакомые тоже провожали меня… в первый раз. Уже во второй их количество сильно сократилось, а сейчас и не осталось никого, кроме моих родителей. Родителям же было тоскливо проводить меня, мне же было немного стыдно, ведь они частично поспособствовали тому, что я уезжаю. Невольно конечно и я даже не вправе их осуждать, ведь это их счастье и их жизнь. Да чего уж скрывать, я сам рад этой причине.

— Может, всё-таки останешься? Не всё настолько плохо, как ты говоришь, — моя мама говорит с небольшой надеждой смотря на меня.

Мама была красивой девушкой. Даже не так, она была чертовски красивой девушкой и не выглядела на свой возраст от слова совсем. Девушка, слово женщина не идёт на язык, среднего роста с чёрными волосами, карими цепкими глазами, красивое молодое лицо, утончённая фигура. Одета в тёмно-зелёный свитер с длинными рукавами, чуть большего, чем необходимо, размера, серые домашние штаны и голубые кроссовки. Всё это создавало у меня в голове образ домашнего уюта, где она в такой одежде готовила мне любимые блюда в детстве.

— Мне правда необходимо перечислять? — с мягкой улыбкой спрашиваю у неё, на что получая решительный, но немного обидевшийся взгляд. — Ладно. Сломавшиеся в торговом центре эскалаторы.

— Неисправность проводки, из-за которой замкнуло сеть. Тогда во всём торговом центре не было света, а то, что ты в этот момент подходил к эскалаторам совпадение, — уверенно отвечает мама.

— Сгоревший проектор в кинотеатре? — с той же улыбкой спрашиваю у неё.

— Старое оборудование, которое необходимо было сдать на свалку ещё в прошлом десятилетии, — её ответ всё ещё звучит с уверенностью.

— Семь пробитых колёс общественного автобуса, — продолжая улыбаться, перечисляю ей.

— Незачем было закупать китайские покрышки, — с чуть меньшей уверенностью говорит мама.

— Три сломавшихся лифта, — мне становится всё веселее.

— Случайные поломки, с кем не бывает, — мама как можно безразличнее пожала плечами.

— В трёх разных зданиях? — с ехидным прищуром спрашиваю у неё.

— Совпадения, — спокойно отвечает она.

— Пожар в магазине, куда я решил сходить за продуктами? — уже откровенно улыбаясь, спрашиваю у мамы.

— Плохая проводка и небрежность в установке противопожарных систем магазина. Я более чем уверена, что владелец магазина очень сильно сэкономил деньги на этом, — в её ответах всё меньше и меньше уверенности.

— Две попытки ограбления. Одна в банке, другая в ювелирной лавке. В обоих случаях я присутствовал, а в банке меня взяли как заложника, которым можно было прикрыться, — задумчиво говорю ей, пытаясь вспомнить номер одной девушки, которую встретил в банке, и звонил ли я ей после этого.

— Шанс очень маленький, но он есть, и как раз сработал в твоём случае, — мама уже поняла, что не сможет меня уговорить.

— И хочу заметить, всё это за неделю! — довольно говорю ей.

— Может, тогда выберем другое место назначения и другой транспорт? Самолёт может упасть и шанс спастись не такой уж и высокий. И ты тогда будешь к нам ближе, чем, если бы летел в другую страну, тем более в одиночку, — тут мама зашла с другой стороны.

— Точно также может потонуть корабль и мне не спастись, как и сошедший на полной скорости поезд может не оставить мне и шанса на выживание. А уж про частоту автомобильных аварий можно не говорить. Самолёт считается самым безопасным транспортом. Да если уж говорить о возможной смерти, можно и по тротуару идти, споткнуться и умереть, — привожу ей доводы, которые она уже слышала, но не хотела принимать.

— А против того, чтобы уехать в другой город ты ничего не имеешь? — мама ухватилась за другой вариант.

— А вот тут чем дальше, тем лучше. Это не учитывая того, что я давно хотел посетить эту страну, — последнее было основной причиной выбора страны и в этом помогли некоторые издания, написанные в этой стране.

— Но зачем тебе ехать, если мы уже давно к этому приспособились? Последний раз, когда с нами происходило что-то опасное, было три года назад. Про тебя я не говорю, ты не исправим, — на последних словах её голос приобрёл нотки смирения.

— Но вот будущий ребёнок к этому не привык, и уворачиваться на одних рефлексах от летящих тебе на ногу или на голову кирпичей не сможет. Не говоря про случайные гвозди, диких собак и какой-нибудь болезни, — это я перечисляю лишь малую часть того, что встретил в своей жизни.

— Но… — мама хотела сказать ещё что-то, но её перебивают.

— Дорогая, он уже давно решил. Давай будем уважать мнение нашего «взрослого» сына, — последние слова папа произнёс с небольшой улыбкой.

Если сказать честно, то мой отец ходячая аномалия. Немного выше моей мамы, такие же чёрные волосы, карие глаза, отличная физическая форма, правда, небольшая худоба присутствует, но это из-за самого организма, нежели от недоедания. Если взять его фотографии с университета и сравнить со стоящим рядом со мной парнем, они не будут отличаться ничем, кроме одежды и изменившегося стиля одежды. За эти года он ни капли не изменился. Как и мама, в общем-то. На все вопросы о внешности они отшучивались генами, а над некоторыми знакомыми шутили, рассказывая, что они вампиры.

Один из таких разговоров я однажды услышал в детстве и решил это проверить. Целую неделю незаметно, как я тогда думал, травил их чесноком, «случайно» прикладывал к их коже серебряную посуду, смотрел на их отражение в зеркале. Хорошо, что дело не дошло до протыкания сердец осиновыми кольями.

Сколько же веселья было на лице моего папы, когда я пришёл к ним в гостиную и спросил, почему они наврали о том, что они вампиры. Вот тогда я только начал понимать, насколько мой папа шутник.

Заставить сына поверить, что такой внешности они достигли из-за постоянных медитаций, и потом два года в тихую смеяться с моего сосредоточенного лица. А я ведь тогда чувствовал что-то! Казалось ещё чуть-чуть, но позже отец признался, что он так шутил надо мной. Как он сказал много позже: «Чем бы дитя ни тешилось…»

— Так и быть, — твёрдо сказала мама, после чего сцапала меня в костедробящие объятья.

Так мы простояли некоторое время, после чего она оторвалась от меня, а на лице было написано, что мама с трудом удерживает слёзы. Я лишь погладил её по щеке и, с трудом вырвавшись из сцепленных рук, улыбнулся во все тридцать два зуба. Не успел я сказать что-либо, как меня сбили с ног две блондинистые молнии, повалив при этом на пол.