booksdaily.club

Енё Рейто - Белокурый циклон

На этом ресурсе Вы можете бесплатно читать книгу онлайн Енё Рейто - Белокурый циклон. Жанр: Исторический детектив издательство -, год -. На сайте booksdaily.club Вы можете онлайн читать полную версию книги без регистрации и sms. Так же Вы можете ознакомится с содержанием, описанием, предисловием о произведении
Название:
Белокурый циклон
Автор
Издательство:
-
ISBN:
нет данных
Год:
-
Дата добавления:
7 февраль 2019
Количество просмотров:
51
Читать онлайн
Енё Рейто - Белокурый циклон
Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.

Енё Рейто - Белокурый циклон краткое содержание

Енё Рейто - Белокурый циклон - автор Енё Рейто, на сайте booksdaily.club Вы можете бесплатно читать книгу онлайн. Так же Вы можете ознакомится с описанием, кратким содержанием.
Имя венгерского писателя Енё Рэйтё (пишущего также под псевдонимом П. Ховард), мало известно широкому кругу наших читателей. В предлагаемый сборник включены романы «Проклятый берег», «Белокурый циклон», «Невидимый легион» и «Карантин в Гранд-отеле». Кажущаяся простота языка, незатейливость сюжета — особенности стиля этого писателя, отличающие его от других авторов, пишущих в детективном жанре.Романы, несомненно, заслуживают внимания читателей и будут приняты с большим интересом.

Белокурый циклон читать онлайн бесплатно

Белокурый циклон - читать книгу онлайн бесплатно, автор Енё Рейто
Назад 1 2 3 4 5 ... 33 Вперед
Перейти на страницу:

Енё Рейто

Белокурый циклон



ПРЕДИСЛОВИЕ



Рассказ о событиях, предшествующих основному действию, и писатели и читатели обычно стараются проскочить поскорее. Ведь рассказ этот и утомителен, и построен по шаблону — особенно в наши дни, когда авторы пекут свои произведения по прямо-таки кухонным, готовым рецептам. Например: «Возьми два юных любящих сердца, разбей их, прокипяти, добавляя страстей по вкусу, посыпь сверху благословением родителей и, подогрев, подавай читателю». С моей стороны будет разумнее просто признать, что и мой роман нуждается в небольшом введении. Проглотим же его — и чем скорее, тем лучше.

Каким же рецептом воспользуемся мы? Возьмем бедную девушку, зарабатывающую на жизнь переводами народных баллад. Бедную, разумеется, поскольку среди сильных мира сего составившие себе состояние на переводах баллад составляют пренебрежимо малую долю. Затем возьмем старого уголовника и тщательно очистим его душу от греха — до тех пор, пока не отыщем в глубине ее драгоценный камень истинной человеческой доброты. Ценность этого камня составляет как минимум миллион фунтов стерлингов. Старый уголовник, Джим Хоган, когда-то был школьным товарищем отца упомянутой девушки, мистера Вестона. Вестон посылал передачи своему попавшему в беду другу, а иногда и навещал его в тюрьме, одним словом, старался хоть как-то облегчить нелегкую участь Джима Хогана. После смерти Вестона его семья унаследовала сострадание к старому грешнику и продолжала посылать ему передачи, а Эвелин, дочь Вестона, несколько раз навестила Хогана. Нам понадобится также легкомысленный молодой человек по имени Эдди Рансинг с мечтательным характером и непредсказуемым поведением. Он снимает мансарду по соседству с квартирой мисс Вестон и работает над изобретением, которое должно дать ему возможность стать миллионером или хотя бы купить мотоцикл. Единственное, что ему нужно, — это сформулировать, в чем же все-таки состоит его изобретение. Вот уже два с половиной года этот молодой человек слушает, на деньги своего дяди и опекуна мистера Артура Рансинга, лекции по юриспруденции. Большую часть этого времени он провел, проигрывая в карты денежные переводы от упомянутого дяди и опекуна. Оставшиеся часы он посвящает обожанию мисс Эвелин Вестон, обожанию, остающемуся пока что совершенно бесплодным. Помимо Эдди Рансинга я должен представить вам мистера Чарльза Гордона, собирающегося, отсидев шесть лет, покинуть тюрьму. Пять лет и триста шестьдесят два дня его поведение там было примерным, но он чувствует уже, что последние три дня вынести будет чертовски трудно. Таков уж человек. Один мой друг — турист, многократно совершавший восхождения на Монблан, на прошлой неделе залепил затрещину управляющему домом, потому что лифт не работал и пришлось подниматься пешком на шестой этаж. У Гордона за три дня до освобождения начались такие мигрени и сердцебиения, что снисходительно относящийся к нему тюремный врач решил на пару дней положить его в больницу.

Глава первая

Миллионер, не выпуская ведро из рук, на мгновенье остановился.

Возмездие последовало немедленно в виде сильного толчка в спину, напоминавшего, что надо спешить, потому что в мастерской уже ждут его. В мастерской миллионера с ведром и впрямь ждали его компаньоны, занимавшиеся изготовлением бумажных пакетов. Времяпрепровождение, для которого непрерывно требуется клейстер, ведро которого и нес недавно перенесший инсульт миллионер.

Толчок в спину, не слишком-то соответствовавший его имущественному статусу, миллионер перенес совершенно спокойно. Дело в том, что миллионер, как ни странно это звучит, был одним из обитателей расположенной в местечке Дартмур тюрьмы. В тюрьме этой он провел уже восемь лет. О том, что он миллионер, не было известно никому. О нем знали только то, что этот замкнутый, молчаливый, немного неуклюжий старик, которого в довольно почтенном возрасте, после тридцати лет трудов на ниве преступности, отправили на заслуженный отдых с полным содержанием за счет государства, приговорен к пожизненному заключению.

В тюрьме он вел простую, мирную жизнь: уборка камеры, прогулка, работа в мастерской, иногда передача и изредка свидание. Посещал Джимми Хогана один-единственный человек — мисс Эвелин Вестон. После смерти бывшего школьного товарища Хогана девушка раз в два месяца навещала старика. На пару ее дружелюбных фраз Хоган, как правило, отвечал только хмурым ворчанием.

Мисс Вестон изучала в университете философию, что не лучшим образом свидетельствует о ее практической сметке. Странно, но так уж оно бывает: тот, кто наиболее успешно изучает умение правильно мыслить, крайне редко извлекает из этого хоть какую-то пользу. Эвелин Вестон, например, пыталась зарабатывать на жизнь, переводя на английский язык старинные французские баллады. Если принять во внимание, что спрос на переведенные с французского языка баллады в Англии никогда не превышал предложения, трудно удивляться тому, что мисс Вестон и ее мать жили в мансарде одного из домов на Кинг-роуд и жили в бедности. Пенсии, которую они получали после смерти мистера Вестона, едва хватало на пропитание. По счастью, брат миссис Вестон, хоть и не был таким уж состоятельным человеком, все же временами помогал младшей сестре. Вообще-то, брат этот, мистер Бредфорд, был портным, но, помимо своей основной профессии, он понемногу спекулировал на бирже и притом не без успеха.

Все сказанное имеет целью дать читателю понять и прочувствовать доброту сердца Эвелин Вестон, даже в столь стесненных обстоятельствах не оставившей Джима Хогана на произвол судьбы и продолжавшей время от времени отправлять передачи ему в Дартмур.

Пришел день, когда Джиму Хогану наступило время предстать перед высшим из судов. Лежа в тюремной больнице, старик ждал, когда его душа покинет бренное тело, и, поскольку в ожидавшем его суде даже малое доброе дело перевешивает множество грехов, был уверен, что в скором времени окажется на свободе.

В восемь вечера случилось нечто совсем неожиданное. Старик Хоган заявил, что хочет составить завещание. Поначалу врач решил, что это бред. Что может завещать заключенный? Тело его будет принадлежать земле, душа — аду, а тюремная одежда — государству. Поскольку, однако, больной продолжал настаивать, а даже тюремные власти редко отказывают умирающему в его последнем желании, врач аккуратно записал последнюю волю старика в присутствии, как и положено, свидетелей — священника и директора тюрьмы….

…На следующий день Хоган уже весело болтал ногами, сидя на кольце Сатурна, и удовлетворенно потирал руки, разглядывая издали наш шарик.

Примерно миллион фунтов стерлингов были завещаны им мисс Эвелин Вестон.

Я лично не люблю судить людей за их слабости, а уж любопытство и вовсе не считаю грехом. Оно, конечно, связано, если верить поговорке, с риском быстрее состариться, но уж никак не является грехом. У любопытства, однако, есть уродливый близнец: подслушивание. Подслушивающих людей я презираю. Каждый раз, когда мне самому случалось подслушивать, это вызывало у меня настоящие душевные муки. Есть в этом, поверьте, что-то, напоминающее убийство из-за угла, что-то низкое и постыдное. Поэтому мы не можем простить подобную низость и Эдди Рансингу, хотя следовало бы учесть, что молодой человек был влюблен, а у мужчин это состояние заставляет быстро ржаветь даже самую железную волю. Эдди Рансинг подслушивал. Стенка, разделявшая мансарды, была настолько тонкой, что ему достаточно было приложить ухо к обоям, чтобы слышать разговор между Эвелин Вестон и ее матерью. Чем дальше, тем плотнее прижимался он к стене, и охотнее всего прильнул бы к ней обоими ушами, если бы природа — к великой досаде любителей подслушивать — не разделила уши, поместив их по разным сторонам нашей физиономии. Впрочем, ему и так все было слышно. Эвелин читала вслух письмо, только что доставленное почтой. В письме этом содержалось завещание старого Джима Хогана.

«…нижеподписавшиеся подтверждают, что заключенный Джим Хоган, диктуя свое завещание и скрепляя его собственноручной подписью, находился в здравом уме и полном сознании

Г. X. Гледстон, священник;

М. Крикли, директор тюрьмы.

Я завещаю свое состояние, оцениваемое в один миллион фунтов стерлингов, Эвелин Вестон, дочери Сэмюэля Вестона, проживающей по адресу: Лондон, Кингс-роуд, 4. Состояние это заключается в алмазе величиною с орех, полученном мною в качестве подарка. Хотя это звучит совершенно неправдоподобно, но и получен он был мною во время, изобиловавшее неправдоподобными событиями. В конце войны я, вместе с еще несколькими английскими солдатами, вступил в армию Колчака. Когда гражданская война в Сибири подошла к концу, мне удалось ценой неимоверных лишений вернуться в европейскую часть России. Раздобыв чужие документы, я с эшелоном военнопленных австрийцев добрался до Москвы. Там я и еще несколько парней занялись выкачиванием денег из состоятельных людей, стремившихся сбежать от ужасов революции. Мы выискивали таких людей и предлагали перебросить их в Польшу. Раздобыв закрытую грузовую машину, мы просто отвозили их подальше, в каком-нибудь пустынном месте отбирали все имущество, а их самих бросали там. Попался на нашу удочку и наш последний пассажир — невысокий старик с седой бородой и негромким голосом. Он обещал нам сказочную сумму, если мы поможем ему пробраться в Польшу. Пятьдесят тысяч долларов! Никого другого мы в тот раз брать не стали. Погрузив чемоданы старика, мы проехали верст двести до места, где дорога шла через занесенный снегом лес. Там мы собирались ограбить его. Только грабить-то оказалось нечего. В чемоданах не было ничего, кроме белья, книг и прочей никому не нужной ерунды. Зря мы прощупывали каждую вещь, даже подкладку пальто разрезали — у этого человека ничего не было. Мои компаньоны — их было трое — накинулись на старика, допытываясь, как он собирался заплатить им пятьдесят тысяч. «Я готов дать и больше, если мы перейдем границу, — ответил тот. — Мое состояние уже за пределами России». Один из моих товарищей выхватил нож и, если бы я не подбил ему руку, тут же зарезал бы старика. Сейчас мне уже ни к чему стараться выставить себя в лучшем свете. Да, я был отпетым бандитом и сам, если нужно было, не задумываясь, орудовал ножом, но полностью человеческих чувств я все-таки не потерял. Короче говоря, зарезать старика я не дал. Кончилось тем, что после отчаянной ссоры мои компаньоны выкинули меня из машины и уехали. Не буду подробно рассказывать, как мы со стариком добирались до польской границы, факт тот, что мы добрались все-таки до той полосы шириной в несколько километров, которая разделяла две страны на время мирных переговоров и получила название «нейтральной зоны». Стояла суровая зима. Мы, изголодавшиеся и измученные, еле брели по глубокому снегу. «Вот увидите, — повторял, стараясь подбодрить меня, старик, — если мы выберемся отсюда живыми, я озолочу вас.» В конце концов я не выдержал: «Да брось ты эти сказочки! У тебя же все добро — рваные штаны!» До сих пор помню, как он глянул на меня. «Ошибаетесь. Мои миллионы давно уже в Париже. Моему сыну удалось бежать вовремя. Это чистая правда. Вы можете не скромничать и просить любую награду.» Тут я совсем уж вышел из себя. «Знаешь что, — рявкнул я, — может, привезешь тогда мне в Лондон что-нибудь поценнее из семейных драгоценностей? По-моему, я их честно заработал». Старик спокойно кивнул: «Если мы останемся живы, я привезу вам в Лондон самую ценную из наших семейных драгоценностей. Хотя, правду говоря, расстаться с ней мне будет не легко — ведь это самый большой алмаз из старинной короны русских царей.» Можете представить, что я ему ответил. Вокруг нас плотной пеленой падал снег, порывы ветра чуть не сбивали с ног, а вдобавок ко всему откуда-то издалека доносился вой волков. Кончилось тем, что мы заблудились, а это означало верную смерть. Нам, однако, повезло и, теряя последние силы, мы все-таки снова вышли на санный след. Последний отрезок пути мне, хотя я сам еле держался на ногах, пришлось буквально тащить старика. Почему-то не мог я бросить его умирать в этой белой, холодной пустыне. Я ругался, скрипел зубами, но волок его. Наконец на нас наткнулись польские пограничники. Моего спутника в тяжелом состоянии доставили в ближайшую больницу, а я был до того измучен, что пришел в себя, только выпив целую бутылку водки. Вместе с другими беженцами меня впихнули в товарный вагон и доставили в Данциг, а оттуда я вернулся домой на борту английского крейсера. О старике я и думать забыл. В Лондоне у меня нашлись старые друзья, и мы немедленно снова принялись за работу. Пару раз все сошло удачно, а потом нас засадили за решетку. Я считался рецидивистом, так что два года мне закатали без разговоров, хотя доказано было мое участие только в одной краже. Адвокат сказал, чтобы, выйдя на свободу, я трижды поразмыслил, прежде чем хоть в чем-то нарушить закон, потому что за любой проступок мне теперь выдадут по максимуму. Но только — что остается делать человеку, если ему пошел пятый десяток, а всю жизнь он только тем и занимался, что грабил и воровал? Уже на четвертый день после выхода из тюрьмы я забрался в один универмаг. Мне бы подождать всего одни сутки! Всего двадцати четырех часов не хватило для того, чтобы я провел остаток жизни богатым джентльменом, а не умер в тюрьме, отбывая пожизненный срок. В универмаге я наткнулся на ночного сторожа. Мы сцепились, я ткнул его ножом и сбежал. Я был уверен, что он умер. Ясно было, что утром, когда убийство обнаружат, я сразу окажусь под подозрением. Поэтому я решил быстренько собраться и покинуть Англию. Я только не предвидел, что на мой след смогут выйти той же ночью, а так и случилось. Сторож не умер, а, очнувшись, поднял тревогу. Полиция прибыла через несколько минут. По описанию, которое дал раненый сторож, детективы легко сообразили, о ком идет речь. Я-то, однако, не догадывался об этом. Я думал, что сторож умер и времени у меня вдоволь — до самого открытия универмага. Жил я тогда на Найтбридж, 8. В этом же доме, на первом этаже была большая мастерская по изготовлению всяких безделушек и статуэток. Название этой фирмы «Лонгсон и Норт». Хорошенько запомните ее адрес…»

Назад 1 2 3 4 5 ... 33 Вперед
Перейти на страницу:

Енё Рейто читать все книги автора по порядку

Енё Рейто - на сайте онлайн книг booksdaily.club Вы можете читать полные версии книг автора в одном месте.


Белокурый циклон отзывы

Отзывы читателей о книге Белокурый циклон, автор: Енё Рейто. Читайте комментарии и мнения людей о произведении.


Уважаемые читатели и просто посетители нашей библиотеки! Просим Вас придерживаться определенных правил при комментировании литературных произведений.

  • 1. Просьба отказаться от дискриминационных высказываний. Мы защищаем право наших читателей свободно выражать свою точку зрения. Вместе с тем мы не терпим агрессии. На сайте запрещено оставлять комментарий, который содержит унизительные высказывания или призывы к насилию по отношению к отдельным лицам или группам людей на основании их расы, этнического происхождения, вероисповедания, недееспособности, пола, возраста, статуса ветерана, касты или сексуальной ориентации.
  • 2. Просьба отказаться от оскорблений, угроз и запугиваний.
  • 3. Просьба отказаться от нецензурной лексики.
  • 4. Просьба вести себя максимально корректно как по отношению к авторам, так и по отношению к другим читателям и их комментариям.

Надеемся на Ваше понимание и благоразумие. С уважением, администратор booksdaily.club


Прокомментировать
Подтвердите что вы не робот:*